В статье, выполненной в жанре кейс-стади (case study), анализируется ряд аспектов репрезентации феномена религии в графическом романе М. Сатрапи «Персеполис». Выбранный для исследования художественный материал предлагает оригинальную форму наблюдения религии в социально-политическом и культурном контексте Ирана с 1980 по 1994 год, т.е. описываются события Исламской революции (1979), Ирано-Иракской войны (1980-1988) и послевоенного периода в Исламской республике Иран. Выполненный в минималистическом черно-белом стиле автобиографический комикс предоставляет материал для изучения феномена трансформации детской религиозности, предлагает опыт восприятия «живой религии» (lived religion), обнаруживает наслоение различных культурных кодов: древнеиранского, зороастризма, ислама, христианства, феминистской идеологии, философских идей гуманизма. В фокусе внимания оказываются вопросы личной идентичности, оппозиции добро/зло, свобода/принуждение, свои/чужие, субъективные ожидания / объективные структуры. Доминантой рефлексии о религии становится вопрос правомерности «принуждения». Эта проблематика особенно остро проявляется в визуализации неприятия художницей требований исламского дресс-кода (хиджаб) и предписанного нормативного поведения для женщин. Форма графического нарратива, с одной стороны, обнаруживает бытование «невидимых» форм религии (разговоры с Богом, молитвы, сны, переживания семейной и культурной памяти), с другой - предлагают альтернативную (протестную) официальной версию описания религии в социально- политическом контексте, стремление сохранить и отстоять личностно- значимый образ жизни.
